Рашид Рахимов: «Жизнь отучила загадывать»

Рашид Рахимов: «Жизнь отучила загадывать»
Поделиться новостью
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Экс-главный тренер «Уфы» уроженец Таджикистана Рашид Рахимов дал первое интервью после ухода из клуба.

ДУШАНБЕ, май – SPORTS.tj. Рашид Рахимов рассказал в интервью российскому «СЭ», какие ошибки допустил во время работы, состоянии таджикистанца Сергея Мандреко, а также о многом другом.

– Вы объявили об уходе из «Уфы» сразу после матча с «Динамо». Как это было?

– Едва игра закончилась, сели в тренерской с гендиректором клуба Шамилем Газизовым и его замом Ринатом Шайбековым, обсудили ситуацию. Я сказал: «В сложившихся обстоятельствах отставка – единственный выход. Только так можно встряхнуть команду. Футболистам надо сбросить психологическое напряжение. Раскрепоститься. При новом тренере обнулятся ошибки, которых стало слишком много. Эмоциональный фон будет другим». Все это повысит шансы клуба в борьбе за выживание.

– Решили пожертвовать собой.

– Да, жертвой здесь мог быть только тренер.

– Что же мешало «Уфе»?

– Невынужденные ошибки, за которые мгновенно наказывали. Причем началось с первого же матча – в Москве против «Локомотива».

– Когда смотрели, как после вашего ухода «Уфа» с Алексеем Стукаловым громит «Спартак», думали: «На его месте должен быть я»?

– (улыбается.) Ну что вы! Я просто порадовался за «Уфу», которая выдала классный матч и заслуженно победила. Да, «Спартак» был непохож на себя – но это уже его проблемы, правильно?

– Конечно.

– В игре «Уфы» мне понравились переходные фазы. Но они и до этого были! За неделю такое не наработаешь. Другое дело, с тем же «Локомотивом» нам не всегда удавалось доводить быстрые атаки до завершения, потому что защитники успевали перестроиться, в последний момент перекрывали зоны. Действовали агрессивно, самоотверженно, стелились в подкатах. Спартаковцы на потери мяча реагировали гораздо медленнее, часто оставляли свободное пространство. Чем «Уфа» и воспользовалась. Забила три – а могла и больше.

– Почему с вами эти ребята получают 0:4 от «Динамо», а без вас обыгрывают «Ахмат» и «Спартак» с общим счетом 6:0?

– Я ведь в разговоре с Газизовым и Шайбековым подчеркнул: «Не важно, кто придет на мое место. В любом случае с появлением нового тренера все начинается с нуля. Ментальная перезагрузка позволит игрокам избавиться от страха. А то при мне количество результативных ошибок уже зашкаливает…» Было бы их меньше – возможно, я бы удержался от резких шагов даже после поражения от «Динамо». Но здесь это было правильным решением. В интересах команды. Крупная победа над «Ахматом» придала футболистам заряд уверенности. Что помогло в следующем матче со «Спартаком».

– Тренеры старой школы в подобной ситуации задавались вопросом: «Может, меня сплавляли?»

– Я в разных клубах работал, но на таких мыслях никогда себя не ловил, честно. Своим футболистам надо верить. Иначе скатишься к паранойе. В каждом пропущенном голе начнут мерещиться заговоры. Что касается «Уфы», то по желанию и самоотдаче у меня ни к кому претензий нет.

– Если отмотать назад – что бы изменили за эти полгода?

– Во-первых, зря пытался снять с ребят ответственность. Перед играми несколько раз говорил: «Не нужно бояться ошибок. Их совершают все. Но это не ваши ошибки. А мои».

– Ну и что плохого?

– Футболист должен отвечать за свои действия на поле. За исполнение наработок, которые обсуждались на установке. Да, он может допустить ошибку. Но ее надо исправить. Если этого не происходит, если нет самокритики, в игре сразу возникают проблемы.

– А что во-вторых?

– В какие-то моменты жесткость и требовательность были, пожалуй, чрезмерными. Но я поступал так, потому что в предыдущих командах это работало. Возьмем «Амкар» – с Поповым, Белоруковым, Лавриком, Сираковым, Кушевым, Пеевым. Это волки, которые в футболе прошли всё. Если гаркнешь – не раскисают. Наоборот, становятся еще злее. Когда возглавил «Ахмат», обратил внимание, что в обороне выбор скудный, зато в полузащите на пять позиций претендуют десять человек! Перечислить?

– Давайте.

– Маурисиу, Адилсон, Пирис, Иванов, Рыбус, Айссати, Кану, Грозав, Лебеденко, Лежар. На это и сделал ставку. Конкуренция подхлестнула, парни завелись. Команда начала выбираться из зоны вылета. Такие же варианты держал в голове, когда принял «Уфу», которая шла предпоследней.

– А тут ни волков, ни конкуренции?

– Не согласен. Просто уже через неделю осознал, что ситуация сложнее, чем казалась со стороны. Уровень внутренней конкуренции невысокий. Опытных игроков вроде бы достаточно. Но должны быть лидеры, которые могут сплотить команду, повести за собой. Когда бьешься за выживание, помимо организации игры и дисциплины, нужны дерзость, духовитость и наглость.

– Что из «Ахмата», что из «Уфы» вы уходили по собственному желанию. А вот Игорь Шалимов уверяет, что никогда в отставку не подаст: «Это слабость и трусость. Ты признаешь, что не справляешься». У вас, надо думать, другое мнение?

– Разумеется. Тренеров в России много, а клубов в РПЛ мало – и кто-то, наверное, будет держаться за свое кресло до последнего. Загоняя самого себя в тупик. Я же всегда руководствуюсь интересами дела, которое не должно пострадать. Это смелость, а не трусость.

– Разве отставка – не удар по репутации?

– Тренерская репутация завоевывается работой и игрой команды. Я считаю, за шесть месяцев «Уфа» сильно изменилась.

– Вот с этим не поспоришь.

– Самое главное, в игре появилась системность. Больше нет разрывов между линиями, команда умеет играть блоком за линией мяча. Вне зависимости от того, где он находится – на своей половине поля или на чужой. Мы лучше контролируем мяч, пытаемся менять направление атак, поднимаем высоко крайних защитников, создавая преимущество на флангах. Хорват Мрзляк, которого еще в ноябре взяли как свободного агента, невероятно мобилен, в каждом матче выполняет громадный объем работы. Перестроился Кротов, стал жестче вести единоборства. Сейчас именно эти футболисты в инсайдных зонах и определяют лицо «Уфы».

– Распрощавшись с «Уфой», вы отправились к семье в Австрию. Как добирались?

– С ноября возобновились прямые рейсы из Москвы в Вену.

– Как в тех краях обстановка с коронавирусом?

– Локдаун. Рестораны работают только на вынос. В небольшие магазины пускают по два-три человека. Остальные стоят на улице, ждут. Все в масках. Но с мая действующие из-за ковида ограничения вроде бы должны смягчить.

– Вы-то уже переболели?

– Да, в конце 2020-го.

– Ощущения?

– Не было потери вкуса или обоняния. Нюх всегда при мне! Но знобило, ломало. Первую неделю держалась высокая температура.

– До больницы дошло?

– Нет, на базе «Уфы» изолировался. Когда оклемался, сдал анализы, проверил легкие – все в порядке, никаких осложнений.

– Жена и четыре дочки тоже отболели?

– Да. Тяжелее всех – старшая, Сабина, она живет в Лондоне. Сейчас у нее антител столько, что надолго хватит.

– Вы помогаете материально экс-полузащитнику «Памира» и «Рапида» Сергею Мандреко, который пятый год сражается с боковым амиотрофическим склерозом – БАС. В Душанбе сдружились?

– Нет. Когда я за «Памир» играл, Серега был на подходе к основе. Он же на шесть лет моложе. Сблизились мы в Вене. Конкуренция между моей «Аустрией» и его «Рапидом» дружбе не мешала. Когда он закончил карьеру, позвал его ассистентом в «Локомотив». Потом Мандреко вернулся в Австрию, тренировал. А в 2016-м заболел.

– Как вы узнали?

– Моя жена встретила на улице Сергея и его супругу Ингу. Они как раз от врача возвращались… Около года он еще отработал с детишками в клубе ЛАК-Интер. Но затем наступил момент, когда уже не мог передвигаться без посторонней помощи. А сейчас в хосписе.

– Давно?

– С февраля. Условия хорошие, одноместная палата. Стоит это 9 тысяч евро в месяц.

– Расходы покрывает страховка?

– Да. Но все равно в каких-то вещах надо помогать. К сожалению, из-за карантина пускают к Сергею всего на четыре часа в день и только близких родственников – Ингу и Настю, дочку от первого брака. Теперь даже не знаю, когда мне удастся его навестить. Последний раз виделись в прошлом году.

– Где?

– Заезжал к нему домой. С тех пор все общение по телефону. Через Ингу. Сергей уже года полтора не говорит, но выручает специальный компьютер, который трансформирует взгляд в речь.

– БАС – это билет в один конец.

– Да, без шансов на выживание. Болезнь ужасная, страшно видеть, что она делает с человеком. Сначала отказывают ноги, потом руки, пропадет голос. При этом голова светлая, ты до последнего в здравом уме. Не можешь двигаться, говорить – но все понимаешь.

– Инга отмечала в интервью, что Сергей не падает духом.

– Да, он сильный и волевой, продолжает бороться. Но… Возможности организма небеспредельны. Сейчас все чаще плачет. Единственная отдушина – футбол. Смотрит с утра до вечера – Англию и Испанию, Германию и Италию. Ну и российский чемпионат, конечно. Пока я был в «Уфе», наших матчей не пропускал. А после отставки прислал сообщение в мессенджере. Подбодрил.

– Вы на какой срок без работы настраиваетесь?

– Жизнь отучила загадывать. Да и от задач многое зависит. Хочется быть ближе к еврокубкам, а не сражаться за выживание.

Поделиться ссылкой:


Аватар

Редакция Sports.tj

Подписывайтесь и будьте в курсе всего интересного - Я.Дзен, Telegram, Instagram

Возможно , вас заинтересует

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы не можете скопировать содержимое этой страницы
error: Content is protected !!