Первый этнический таджик в UFC: «Я – таджик, но родился в Узбекистане»

Первый этнический таджик в UFC: «Я – таджик, но родился в Узбекистане»
Поделиться новостью
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Говорите, в UFC нет таджиков? Есть. В прошлом году контракт подписал этнический таджик, родившийся в Узбекистане – Заррух Адашев.

ДУШАНБЕ, январь – SPORTS.tj. Полгода назад Заррух Адашев стал бойцом UFC, вышел в первом бою драться на трехдневном уведомлении, истощил свой организм экстремальной весогонкой и проиграл нокаутом.

20 января этого года он вернулся. Но снова проиграл, на этот раз решением (единогласным). До этого у него были три подряд победы… не где-нибудь, а в Bellatore.

Он бы не привлек нашего внимание, если бы не одно «но» – он по национальности таджик, но родился в  Самарканде и представляет Узбекистан.

В общем, Заррух Адашев – первый этнический таджик в истории лиги.

Адашев родился в Самарканде. По национальности — таджик. «Я таджик, но за свою страну жизнь отдам!» – говорит Адашев. С 5 лет занимался рукопашным боем, в 19 уехал в Америку — выступать профессионально (выиграл грин-карту в лотерее). Дрался в кикбоксерской лиге Glory, потом перешел в ММА, одержал три победы в Bellator. В прошлом году стало известно о дебюте Зарруха в UFC. Он вышел на коротком уведомлении против Тайсона Нэма, и проиграл в итоге. Бой прошел в легчайшем весе. Адашев не успел уложиться в лимит, из-за чего ему пришлось отдать 20 процентов гонорара Нэму. Но Зарруха это вряд ли сильно расстроило. Главное — он в UFC.

Путь в главную лигу мира оказался тернистым. Как и у многих иммигрантов, Адашеву в Америке поначалу жилось совсем не просто. Об этом он рассказал в беседе с «СЭ».

­- Когда я приехал в США, у меня никого из близких тут не было, только знакомые. Язык я не знал. Людей из Узбекистана в Нью-Йорке было мало. Зато сейчас много. По улице идешь, чуть ли не каждому второму говоришь: «Салам алейкум», все узбеки в Нью-Йорке (улыбается). Тем более, в Бруклине. А тогда, в 2012-м, было по-другому. Слава Богу, попал к своему тренеру, Артему Саакяну, который помог мне. Поначалу было трудно влиться в команду, потому что у людей, которые живут в Америке, другие понятия. Я же из Узбекистана приехал, дикий чуть-чуть. Когда в спарринг вставал, травмировал всех, не контролировал себя. Из-за этого в команду сразу не влился. В конце концов, тренер посмотрел на меня и, наверное, увидел хорошего, чистого парня. И стал помогать, как мог. Просто у нас в Узбекистане спарринги были как соревнования, надо было биться, драться.

Если честно, я не знал, куда ехал. Когда приехал в Нью-Йорк, написал одному знакомому, вместе в школе учились. Спросил: «Сможешь меня встретить?». Он сказал: «Да, встречу, конечно». Были и другие знакомые — человека 3-4. Всем писал: «Можешь помочь найти работу, квартиру?». Они мне: «Да-да, и работа есть, и квартира». Я как-то приехал, меня встретили, привезли в квартиру, где по 4-5 человек в одной комнате спали. Квартира стоила 1000 долларов, а с меня брали 500 долларов. Обманывали. Не было такого, чтобы от чистого сердца помогали.

Чисто для своей выгоды позвали к себе, чтобы я платил им, а они жили бесплатно. Я спросил у одного: «Братан, где работа-то? Ты же говорил, что есть работа». А он мне: «Не знаю, где работа». Они все говорили: «Тут трудно». Я говорил: «Вы же говорили, что работу найдете». А они: «Тут каждый за себя». Все только обещаний понаделали, а дел никаких не было.

Мои родители — небогатые люди. Они дали мне с собой в дорогу 2 тысячи долларов, чтобы было чем платить за еду. Эти деньги закончились за три месяца. Слава Богу, когда кончились деньги, начался Рамадан. Я ходил кушать в мечеть. По вечерам у нас ифтар, я шел в мечеть и там кушал, чтобы до завтра хватало. В конце концов, нашел работу. И грузчиком работал, и в такси. Сложно было, язык тяжело было освоить. Первые 2,5 года трудно было.

— Когда работал в Uber, меня не раз пытались ограбить. Один раз хотели ограбить, но в итоге так получилось, что они мне оставили чаевых больше, чем заплатили за поездку. История такая: я подъехал к одному району, он немного опасный, там беспредельщики живут. Обычно водители, друзья, которые тоже работали в Uber, говорили: «В этом районе лучше выключай программу и уезжай оттуда». Мне попался клиент, подумал: «Заберу, что уж там. Деньги же». Ко мне в машину сели парни, видно, что уличные. В приложении есть штука, называется Meter, включаешь ее — начинается поездка, запускается счетчик. Я включил, еду, а один из них говорит: «Выключай давай». Я остановился и спросил: «Зачем? Вы хотите спуститься?». Они ответили: «Нет, мы просто хотим доехать бесплатно». Начали угрожать.

Конечно, я хоть и боец, но без страха не обошлось. Ты ведь в чужом районе, один. Я сразу взял телефон в руки, вышел из машины, начал набирать номер, а они: «Стой-стой, все, не надо выключать». Сел обратно и мы поехали. У меня в Uber всегда были карточки со своей фотографией. Хотел стать тренером, вешал в машине на самое видное место, чтобы те, кому интересно, приходили на тренировки. Всегда были планы открыть свой зал. Один из этих пассажиров спросил: «Твоя фотка? Дерешься?». Ответил, что дерусь, и начал рассказывать свою историю про бои. Оказалось, что они тоже смотрят UFC, спрашивали: «Ты Джона Джонса знаешь? Это же мой самый любимый боец!» Довез их до места, они заплатили и еще 20 долларов оставили мне чаевыми.

Много таких историй было, случалось, пьяных людей подбирал, со мной ругались в машине, пытались со мной драться. Я в таких случаях обычно сразу закрывал дверь машины и уезжал. Просто люди были без настроения. Просто докапывались. В других штатах люди относятся к таксистам по-другому, по-вежливому, а в Нью-Йорке все на стрессе, все куда-то спешат. Большой город. Кто-то поругался с боссом, кто-то с мужем, а кто-то — с женой. Все смотрят на таксистов как на чернорабочих, докапываются до всего.

Таких нервотрепок было много. Всегда думал: «Когда же я уйду с этой работы и начну заниматься своим любимым делом?». Слава Богу, уже 3-4 года занимаюсь своим делом.

— До работы в такси я устанавливал мебель. Это называлось Party Rental (аренда для мероприятий). Когда люди проводят какие-то свадьбы или дни рождения, они заказывают себе мебель. Ты должен привезти ее, все установить. Потом, когда все заканчивается, ты все собираешь и увозишь обратно в гараж. Я работал в большой компании. Слава Богу, что, когда я нашел эту работу, то там были свои люди — из Узбекистана. Там был менеджер из Самарканда. Мы с ним до сих пор как братья. Когда мне нужно было на тренировку…

Он никого не отпускал раньше времени, говорил: «Работа есть работа». Но видел, что я стараюсь чего-то добиться, что не хочу пропускать тренировки. Когда у меня начинались кэмпы, он отпускал, говорил: «Ладно, иди, своим делом занимайся, после боя придешь назад». Он приходил ко мне на поединки, болел за меня. Теперь, когда я открыл свой зал, он привел туда своих сыновей. Трое его сыновей занимаются у меня.

Тогда мне нужно было и работать, и драться. Если ты не работаешь — деньги не платят, а мне нужно было и родителям помочь, и за квартиру заплатить, и еды себе купить. Сказал тогда: «Ладно, буду работать, на бой тоже успею». Мне дали поединок с Хулио Арсе, он сейчас дерется в UFC, в весе Забита Магомедшарипова, успешно идет. В день боя я привез все стулья в место, где проходил турнир, все собрал — работал с 5 утра, как гастарбайтер. Потом поехал домой, принял душ, взял вещи и вернулся в то же здание на свой бой. Наш поединок был главным событием вечера. Я тогда весил 130 фунтов, а мы дрались в категории до 140 фунтов. Он скинул со 150 до 140, а у меня, наоборот, недовес. Мы с ним хорошо дрались, близкий бой был. Он выиграл по баллам.

— Мне в Америке уже трижды специально били машину, и я до сих пор не понимаю, кто это делает. Последний случай был, когда только началась пандемия. Обычно воришки ломают окно, если видят внутри что-то драгоценное, забирают все, что нужно и уходят. Тут же сломали двери, багажник, окна, салон изуродовали. Забрали все, что было — духи, наушники Beats, деньги из бардачка — у меня там лежало чуть-чуть.

После этого я отремонтировал машину, хорошо, что страховка покрыла ущерб на 12 тысяч долларов. Два месяца ждал ее из автосервиса, потому что мастерские не работали. Забрал машину, поставил ее на парковку. И мне на машине оставили записку, написали на таджикском: «Будь осторожен».

Нет никаких подозрений, кто это мог быть. Я никому зла не делаю. Наоборот, стараюсь всем помогать. Тем более, нашим. Когда узбекские бойцы приезжают сюда, я им пишу, спрашиваю, чем нужно помочь. Даже если они не пишут. Я ведь живу здесь, в Нью-Йорке, все здесь знаю. Всегда предлагаю всем помощь. Не знаю, кто это мог сделать. Но в Америке мне пока что очень нравится. Я тут чувствую себя как дома. Когда летаю к родителям в Узбекистан, уже через месяц хочется вернуться. Конечно, и на родине хочется пожить, но я тут уже привык… Посмотрим, что будет. Планы у меня — развиваться в спорте. Теперь у меня контракт с UFC. И я хочу взять этот пояс.

Поделиться ссылкой:


Аватар

Редакция Sports.tj

Подписывайтесь и будьте в курсе всего интересного - Я.Дзен, Telegram, Instagram

Возможно , вас заинтересует

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы не можете скопировать содержимое этой страницы
error: Content is protected !!